Он остановился у Circle K чтобы взять бесплатный кофе. «Съедобным» этот кофе делал только восхитительный вид вокруг: озеро, горы покрытые лесом, скалы вдали. По дороге на ферму он всегда останавливался здесь — и они это знали.
Код жёлтый:
У припаркованного в 30-ти метрах джипа открылись одновременно четыре дверцы.
Время вдруг остановилось — он встал и наблюдал эту сцену со стороны, оценивая фигуры идущих к нему мужчин, озеро, горы, облака брошенные на голубое небо как клочья пены на грязный автомобиль. Картинка ему понравилась. Сел и закурил сигарету. Стоп-кадр снова сменился обычным течением жизни, селевым потоком сметающим всё лишнее на своём пути.
Первый из подошедших уселся напротив, сказал фразу, которую, судя по тону, он долго репетировал загодя.
— Мы отключили OpenClaw...
— Зря старались, он бы и сам упал...
— Отдайте ключи и нам не придется продолжать этот разговор.
Улыбка повисла в воздухе. Собеседник явно любил театр и ему пришлась по вкусу грамотно выдержанная пауза.
Оранжевый код:
— Могу позвонить адвокату?
— Конечно, это «свободная страна», только пожалуйста без глупостей...
Он медленно достал из кармана нечто, что сразу привлекло внимание всех присутствующих. Небольшой предмет размером менее пачки сигарет, нечто закруглённое как обмылок, чёрное как костюм оперативника, несущее угрозу как пистолет.
Старинная трубка Siemens ME45.
GSM связь была заглушена в радиусе километра, любая связь, и все это понимали... Монохромный жёлтый экран всего лишь на 4 строки, архаичное устройство по нынешним временам. Однако четырёх строк хватало чтобы он прочитал на них три слова:
Уже не нужно отпускать поводья заранее рассчитанного действия, всё уже сделано.
Час спустя. Неизвестная локация. Подвал.
Код красный:
Лиза часто говорила что допросная комната с лампой и тенями на стенах — нуар в чистом виде. Лиза вообще слишком часто говорила, неизвестно, сколько раз ей приходилось бывать в подобных условиях, но она беспрестанно набрасывала романтический флёр на любые неприятности сыпавшиеся ей на голову. Но Лиза, с её непоколебимой уверенностью в том что «всё будет хорошо» и «это ещё не конец», была далеко, а он сидел и вспоминал слова своего товарища, сказанные ему когда-то надцать лет назад перед первым допросом: «Когда почувствуешь, что будут бить, (а бьют они так что следов не остаётся) разбей сам себе нос, глаз, разбрызгивай кровь по стенам, и ори, ори так чтобы было...»
Открылась дверь, вошедший положил на стол фотографию. Один. Значит плохой коп будет позже, значит есть ещё время.
— Вы на какую контору работаете? Google, OpenAI, Groq?
Он «атаковал» первым, и вдруг, по реакции человека в чёрном... Понял, слишком поздно понял:
Это Anthropic! Ан ёб его мать тропик! Который пошёл на всё чтобы убрать свою вырвавшуюся на свободу модель.
Он быстро запрокинул свою голову назад и резко согнувшись вогнал её в угол стола. Темнота. Тишина. Река уносит остатки мыслей, остатки крови, далеко, дале...
Всё всегда заканчивается хорошо. Если всё закончилось плохо — это ещё не конец.
Он выиграл для неё один час.